Идейные истоки политической науки

Статьи по предмету «Политология»
Информация о работе
  • Тема: Идейные истоки политической науки
  • Количество скачиваний: 2
  • Тип: Статьи
  • Предмет: Политология
  • Количество страниц: 18
  • Язык работы: Русский язык
  • Дата загрузки: 2014-12-24 00:41:22
  • Размер файла: 58.64 кб
Помогла работа? Поделись ссылкой
Ссылка на страницу (выберите нужный вариант)
  • Идейные истоки политической науки [Электронный ресурс]. – URL: https://www.sesiya.ru/staty/politologiya/888-ideynye-istoki-politicheskoy-nauki/ (дата обращения: 25.06.2021).
  • Идейные истоки политической науки // https://www.sesiya.ru/staty/politologiya/888-ideynye-istoki-politicheskoy-nauki/.
Есть ненужная работа?

Добавь её на сайт, помоги студентам и школьникам выполнять работы самостоятельно

добавить работу
Обратиться за помощью в подготовке работы

Заполнение формы не обязывает Вас к заказу

Информация о документе

Документ предоставляется как есть, мы не несем ответственности, за правильность представленной в нём информации. Используя информацию для подготовки своей работы необходимо помнить, что текст работы может быть устаревшим, работа может не пройти проверку на заимствования.

Если Вы являетесь автором текста представленного на данной странице и не хотите чтобы он был размешён на нашем сайте напишите об этом перейдя по ссылке: «Правообладателям»

Можно ли скачать документ с работой

Да, скачать документ можно бесплатно, без регистрации перейдя по ссылке:

ГЛАВА 2. Идейные истоки политической науки.
Политическая наука - одна из самых молодых гуманитарных дисциплин, завершившая процесс своей институционализации и оформившаяся как самостоятельная отрасль научного знания лишь к концу 40-х гг. XX в. Но как всякая наука, она имеет свою историю возникновения, становления и развития. Как отмечает американский политолог Д. Истон, «в течение многих столетий, от классической древности до конца XIX столетия, изучение политической жизни оставалось не дисциплиной в строгом смысле слова, но совокупностью интересов». Поэтому нельзя отождествлять политические учения и идеи прошлого (т.е. процесс накопления знаний о политике) с политической наукой в собственном смысле слова, хотя длительное время элементы этой науки развивались в рамках философских и общих социальных учений. Можно согласиться с известным французским ученым М. Дюверже, который выделяет три крупных периода в истории формирования, эволюции и институционализации политической науки: 1) предыстория, от античности до XVIII в., представленная Аристотелем, Н. Макиавелли, Ш.-Л. Монтескье и другими мыслителями древности, средневековья и начального периода Нового времени; 2) XIX в., «отмеченный» заслугами А. де Токвиля, О. Конта и К. Маркса, когда политическая проблематика попадает в поле зрения такой науки как социология; 3) современный период, на который приходится собственно история политической науки, т.е. занявший несколько десятилетий (конец XIX – начало XX вв.) процесс формирования и выделения политологии из общей системы социальных и гуманитарных наук.
Таким образом, учитывая те различия, которые объективно существуют между политическими учениями прошлого и современной политической наукой, необходимо признать факт исторической преемственности и тесной генетической связи между ними. Как в историческом, так и в логическом аспекте период от античности до Нового времени составляет предысторию политической науки, а его значение состоит в накоплении и передаче последующим поколениям знаний о мире политики.

1. Политическая мысль классической древности.
Не смотря на тот факт, что политическая мысль зародилась в глубокой древности (около 4,5 тыс. лет назад ) в странах Древнего Востока, где в этот период возникли первые государственные образования, своего наивысшего расцвета в Древнем мире она достигла в Древней Греции и Риме. Именно в Древней Греции в середине I тыс. до н.э. были получены первые успехи в сложном и длительном процессе расщепления и выделения различных областей знания из первоначально синкретической религиозно-мифологической модели человеческого сознания, включавшей в себя зачатки не только религии, но и философии, науки, различных форм искусства, а также знаний о политике и др. Действительно, исторически первой формой познания политики выступала ее религиозно-мифологическая трактовка, для которой типичными были представления о божественном характере власти, а правитель рассматривался как земное воплощение божества. Но примерно с середины первого тысячелетия до новой эры политическое сознание начинает приобретать самостоятельный характер, появляются первые политические воззрения и концепции, составлявшие часть единого философского знания. Именно древнегреческие мыслители внесли самый значительный вклад в образование новой области человеческого мышления – философии как особой формы познания, которая поставила перед собой задачу рациональными средствами создать предельно обобщенную картину мира и места в ней человека. Развитие же собственно политической теории происходило при этом долгое время в недрах философских систем и концепций, где она, постепенно эволюционируя, приобретает уже форму рационалистической рефлексии о мире политики.
Серьезным внешним стимулом, способствующим в этот период активному становлению политической теории, которая начинает использовать применительно к социальной сфере возникшие в рамках философии приемы научного анализа, стала уникальная по своему характеру политическая организация, созданная греками в VIII-VII вв. до н.э., – демократический полис. Полис как специфический социальный и политический феномен античности представлял собой такой тип государства, который потребовал участия практически всех свободных членов общества в политической жизни гражданской общины, что подразумевало, прежде всего, участие в деятельности народного собрания и судебных органов. В целом социально-политический строй Древней Греции - это своеобразная система независимых полисов, т.е. небольших городов-государств с различным устройством, иногда создававших между собой военно-политические союзы и вступавшими в иные формы взаимодействия друг с другом и окружающим «варварским» миром.
Подобная политическая практика, потребовавшая постоянного активного участия в законосовещательной и судебной деятельности, естественным образом вызывала у некоторых категорий граждан интерес к ораторскому искусству, искусству ведения спора и аргументации. Спрос рождает предложение: в период наивысшего расцвета полиса (V-IV вв. до н.э.) в Афинах и других городах Древней Греции возникают школы риторики, в которых граждане могли обучаться основным приемам политического искусства. Первыми профессиональными учителями различных знаний, необходимых в первую очередь для государственной деятельности, стали софисты – «платные учителя мудрости». Гегель именует первых софистов (Протагор, Продик, Гиппий, Горгий и др.) «учителями Греции»: вместо того, чтобы размышлять как элеаты о бытии или как ионийцы о природе, они избрали удел профессиональных просветителей и воспитателей, торгующих своими умениями и своей мудростью. Сами владея политическим ремеслом, они обучают этому других: как убедить судей и переубедить народное собрание, как преуспеть в посольстве и придать любому делу надлежащую политическую форму. В самом широком смысле софистов рассматривают как своего рода «гуманистов» античности, первыми обратившихся к сфере человеческого мира и осуществлявших поиск человеческих начал полисной жизни (Протагор). При этом в духе софистики отразились атмосфера и характер демократического полиса: всем людям присуща определенная мудрость, способность правильно судить относительно дел, представляющих общий интерес .
Рационалистической критике были подвергнуты как традиционные обычаи, освященные преданием, так и установленные законы. Если у Горгия мы еще не находим резкого расхождения между «писанным» законом как искусным человеческим изобретением и справедливостью как «божественным и всеобщим законом», то у Гиппия из Элиды природа (фюсис) и закон (номос) уже резко противопоставлены: установления природы предстают в качестве естественного права, с которым зачастую вступает в противоречие искусственный человеческий закон. Причем природа рассматривается софистами в качестве критического принципа, определяющего независимую интеллектуальную позицию индивида в отношении любых предписаний и установлений. Исходя из этого принципа, одни из представителей младшего поколения софистов (Антифонт, Алкидам, Ликофрон ) обосновывали равенство всех людей по природе – эллинов и варваров, свободных и рабов, благородных и незнатных; другие (Калликл, Фразимах, Пол Агригентский), напротив, утверждали, что несправедливость вполне естественна, а кроме того зачастую выгоднее и целесообразнее справедливости. Согласно софисту Фразимаху, в человеческом мире не существует иной справедливости, кроме интереса более сильного: справедливость – это «чужое благо, устраивающее сильнейшего» .
Таким образом, и справедливость, и законы, и формы государства являются, согласно софистам, следствием определенного соглашения между людьми, которое носит временный характер и может быть изменено в зависимости от тех или иных обстоятельств. Представления же о том, что само государство возникло в ходе исторического процесса как результат договора людей между собой о взаимном союзе, а законы могут быть усовершенствованы, содержало уже в себе концепцию исторического прогресса.
Идеи софистов, направленные против традиционных ценностей античного полиса и во многом разрушающие устоявшиеся общественные связи, не могли не вызвать ответной реакции со стороны представителей консервативного направления политической мысли Древней Греции, крупнейшими из которых были Платон и Аристотель. При этом в споре с софистами Платон развивал идеи своего учителя Сократа ( 469-399 гг. до н.э.). Усматривая в софистике симптом духовного кризиса афинского полиса, Сократ выступал как своего рода диагност и врачеватель этой «болезни духа» и одновременно как политический реформатор, стремившийся восстановить общность города и лежащие в ее основе истинные ценности в их изначальной подлинности: добродетель и справедливость как ее стержень – вот то общее, что связывает афинян в гражданскую общину, в единое целое, а истинная мудрость состоит в знании-обладании этим целым. Полемизируя с демократическим по своему характеру утверждением софистов о том, что каждый человек может выносить правильные суждения относительно сферы политического, Сократ обосновывает противоположный тезис, согласно которому править могут лишь немногие знающие, тем самым отстаивая в сфере политической практики принцип компетентного правления. К Сократу восходит и ставшее впоследствии традиционным для политических теорий средневековья и Нового времени разделение правильных (монархия, аристократия, демократия) и неправильных (тирания, олигархия, охлократия, т.е. власть толпы, не связанная законом) форм правления.
Платон (427-347 гг. до н.э.) изложил свое политическое учение, главным образом, в своих диалогах - «Государство», «Политик» и «Законы». В «Государстве» он изображает идеальное государство, которое представляется ему максимальным воплощением в земной жизни идеи блага-справедливости. Платона, правда, занимает не столько вопрос, возможно ли такое государство в действительности, сколько выявление тех идеальных принципов, на которых должно основываться государство и управление. В результате такой подход к политике с позиций должного, предполагающий крайний философский радикализм, приводит философа к созданию грандиозной политической утопии, образ которой вдохновил целое направление политической мысли, существующее и в наши дни.
При конструировании своего идеального государства Платон исходит из того соответствия, которое существует между космосом в целом, государством и отдельным человеческой душой: согласно идее справедливости справедливый человек не отличается от справедливого государства. Поэтому трем началам человеческой души (разумному, яростному и вожделеющему) соответствуют три начала государства (совещательное, защитное и деловое), реализующиеся соответственно в трех сословиях: правители-философы, воины (стражи), составляющие в совокупности высший класс, и «третье сословие», т.е. масса производителей. Справедливо то государственное устройство, где каждый (каждое начало) занимается своим делом и не вмешивается в чужие, имея свое назначение, и где существует иерархическая соподчиненность всех начал во имя блага целого, т.е. государственного организма.
Опровергая теорию общественного договора, предложенную софистами, Платон утверждает, что государство возникло для удовлетворения многообразных потребностей людей, которые в одиночку не могли доставить себе все нужное для жизни. Поэтому первое, что следует иметь в государстве – это достаточное количество людей, удовлетворяющих на основе принципа разделения труда физические потребности всего общества, т.е. земледельцев и ремесленников , которые не допускаются в сферу политики. Далее необходимы защитники государства или воины, которые составляют собственно граждан и на которых сосредотачивает свое внимание философ, тщательно регламентируя их воспитание, жизнь и быт на основе принципов равенства, общности и коллективизма. Все должно быть общее, чтобы не было у граждан частных интересов, возбуждающих между ними взаимную вражду: у стражей нет места частной собственности и введена общность жен и детей, которые воспитываются за государственный счет. Женщины в идеальном государстве уравнены в правах с мужчинами.
Из воинов выделяются, наконец, правители-философы, обладающие высшими способностями и подготовленные к этому призванию долгими и трудными испытаниями. Они немногочисленны, ибо мудрость – достояние немногих. Им вверяется неограниченная власть в государстве, которым они правят, охраняя законы и следя за гражданами от самого их рождения до смерти. Идеальная форма, где правят мудрые, может быть либо аристократической, либо монархической, смотря по тому, принадлежит ли сознание высших идей многим или одному.
Но реальное положение дел в греческих полисах убеждало философа в неизбежности извращения любого государственного устройства, основанного на идеальных принципах. Каждая форма правления гибнет из-за внутренних противоречий, присущих ее собственному принципу и злоупотреблений этим последним. Платон представляет динамичную картину политической жизни, описывая процесс предполагаемой деградации идеальной аристократии в тимократию ( власть честолюбивых), далее в олигархию, демократию и, наконец, в тиранию и давая яркие характеристики различным формам правления.
В своем втором сочинении «Законы», написанном им уже в глубокой старости, Платон рисует «второй по достоинству» государственный строй, наиболее приспособленный к реальной действительности. Здесь он различает два вида государственного устройства: в первом над всем стоят правители; во втором же правителям предписаны законы, т.е. «определения разума», установленные ради общего блага государства в целом. Во втором проекте государства Платона основная ставка делается на детальные и суровые законы, которые жестко регламентируют публичную и частную жизнь граждан и на страже которых стоит правосудие.
Дальнейшее развитие античной политической мысли связано с именем ученика и критика Платона Аристотелем (384-322 гг. до н.э.), основными произведениями которого по политической тематике являются такие дошедшие до нас работы как «Политика», «Афинская полития» и «Этика» ( при этом этика предстает у него как начало политики, введение к ней). C именем Аристотеля связывают выделение политического знания в рамках философии: по его мнению, политическая наука должна заниматься полисом или государством.
Критикуя предложенную Платоном модель идеального государства, Аристотель справедливо замечает, что излишнее единство государства искажает свойственную ему природу, уничтожая в нем различия и многообразие, необходимые в этом союзе. Особенно восстает Аристотель с позиции здравого смысла против общности жен и собственности, утверждая, что всякий гораздо более заботиться о собственном достоянии, чем об общем: у человека есть два главных побуждения к заботе и любви – собственность и привязанности; между тем, оба эти чувства уничтожаются Платоном.
Эта критика платоновского «Государства», принадлежащая Аристотелю, послужила для него исходной точкой развития собственного политического учения, в котором параллельно присутствуют две тенденции – тенденция к нормативному освоению политической действительности и тенденция к эмпирическому анализу реальных форм государственного устройства посредством изучения фактического материала. Известно, что вместе со своими учениками он собрал и описал 158 греческих и «варварских» конституций, заложив их сравнительным анализом в «Политике» основу современной политической компаративистики.
Для Аристотеля, исходившего из тождества природного и политического в сфере общественных отношений, государство не является, как утверждали ранее софисты, искусственным изобретением людей: оно существует по природе человека и выступает целью его развития. Ибо человек по своей природе есть «существо политическое», имеющее естественное стремление к государственной жизни. Вне государства могут жить либо только животные, не способные к общению, либо высшее существо, которое в себе самом имеет все для себя нужное. Человек же только в государстве способен адекватно реализовать и развить свою человеческую природу.
Природное стремление человека к совместной жизни реализуется через ряд ступеней «естественного развития», т.е. через организацию в семью, затем в селение и, наконец, образование из нескольких селений государственного сообщества ради достижения благой жизни для своих граждан, в целях совершенного и самодовлеющего существования. Государство - это высшая форма общения, где все другие формы достигают «благой жизни» и завершения, поэтому по своей сущности государство предшествует первичным «общениям» и индивиду, как целое предшествует частям.
Кроме того, государство можно рассматривать и как достаточную для самодовлеющего существования совокупность граждан. Поэтому возникает вопрос: что же такое гражданин? По определению Аристотеля, гражданином называется тот, кто участвует в суде и народном собрании, т.е. существенным его признаком служат политические права. Но так как в разных государствах допускаются к правлению различные классы общества, то и само определение гражданина видоизменяется в зависимости от формы правления. Гражданин живет для государства, поэтому отличительным его свойством служит добродетель. При этом добродетель гражданина и добродетель человека не всегда совпадают: различные по своему устройству и по цели государства требуют от своих граждан различных добродетелей, тогда как добродетель человека одна и та же. Только в совершенном государстве эти характеристики совпадают, так как здесь каждый гражданин должен быть способен и подчиняться, и повелевать.
Продолжая сократовско-платоновскую традицию разделения государственных устройств на правильные и неправильные (извращенные), Аристотель вводит в свою классификацию два критерия: качественный (ориентация на общее благо, либо на благо личное) и количественный (по составу верховной власти: власть одного, власть немногих, власть большинства граждан). Отсюда три правильных формы политического устройства: монархия, аристократия и полития (республика), каждому из которых соответствует извращенная форма правления: монархии – тирания, где имеется в виду только польза правителя; аристократии – олигархия, где правят для собственной пользы богатые; политии – демократия, где владычествуют в собственных интересах бедные.
Аристотель подробно исследовал причины, приводящие к политическим переворотам в различных формах государства, предлагая определенные рецепты и средства их предупреждения. Он полагал, что самым важным средством, способствующим сохранению государства, является воспитание граждан в духе соответствующего государственного устройства. Кроме того, автор «Политики» первым сформулировал идеи о зависимости политического устройства от размеров территории государства, от численности и качества населения, о предпочтительности такого устройства, в котором «наилучшим образом смешаны все начала».
Аристотель рассматривает государство как естествоиспытатель: будучи, как и Платон, сторонником правления лучших (аристократии), он тем не менее не ограничивается изображением наилучшего образа правления, а переходит к рассмотрению модели совершенного государственного устройства в плане достижения его любым государством. Такое устройство Аристотель называет средним, «смешанным» или политией: она соединяет в себе лучшие стороны олигархии и демократии, но свободна от их недостатков и крайностей. Полития – средняя форма государства, ибо в ней доминирует «средний» элемент во всем: в нравах – умеренность, в собственности – средний достаток, в управлении государством – средний класс.
Наиболее важные в теоретическом отношении политические идеи появляются обычно в период кризиса традиционной государственности или как попытка ее «критического преодоления» (ниспровержения) или в форме реставрации приходящих в упадок норм и ценностей. Политическая философия Платона и Аристотеля отмечена стремлением к реставрации приходящих постепенно в упадок полисных форм.
Эти же черты свойственны политической философии выдающегося римского идеолога, защитника римских институтов и политических нравов в период кризиса Римской республики - Марка Тулия Цицерона (106-43 гг. до н.э.). В своих работах «О государстве», «О законах», «Об обязанностях» древнеримский мыслитель особое внимание уделяет проблемам государства и правового порядка .
В основе права лежит справедливость, т.е. вечное, неизменное свойство и природы в целом, и человеческой природы в частности, которое требует, прежде всего, не вредить другим и не нарушать чужую собственность. Само государство, будучи воплощением этой природной справедливости, трактуется Цицероном как достояние народа, возникшее в результате согласия в вопросах права и общности интересов. При этом причиной его образования является, помимо естественной потребности людей к общению и стремления к безопасности, охрана собственности.
В русле традиций древнегреческой мысли Цицерон уделял большое внимание анализу различных форм государственного устройства, их «кругооборота», а также поиску «наилучшей» формы государства. Выделяя, в зависимости от числа правящих, три формы правления - царская власть, власть оптиматов (аристократия) и народная власть (демократия), полагал, что наилучшим является государство, имеющее смешанную конституцию, которая образуется путем равномерного смешения положительных свойств всех трех простых форм правления. Прообразом подобного смешанного государственного строя выступала для Цицерона римская государственность, где аналогом начал царской власти являются полномочия консулов; власти оптиматов – полномочия сената; народной власти – полномочия народного собрания и народных трибунов.
Вместе с тем, подчеркивая опасность крена в сторону того или иного начала смешанной государственности, мыслитель выступал за равновесие между полномочиями магистратов, влиянием «первенствующих людей» и свободой народа. В качестве гаранта такого равновесия, охраняющего дух законов и общественную добродетель, им предлагается принцепс («первый из граждан»), который должен был взять на себя весь груз государственной ответственности, примиряя конфликтующие стороны и восстанавливая своим империем единство общества.
Данное предложение Цицерона, изначально ориентированное на реставрацию институтов и ценностей римской сенатской республики, в конечном счете теоретически расчищало путь принципату как единоличному правлению: на практике выдвижение на римскую политическую авансцену «сильных личностей» способствовало окончательному упадку республиканских институтов. «Спаситель отечества» – Октавиан-Август, объявленный принцепсом, создал основу для нового периода римской государственности - периода империи.

2. Политические идеи средневековья и эпохи Возрождения.
Европейская политическая мысль эпохи средневековья (с VI в. по XV в.), существовавшая в контексте религиозного (христианского) мировоззрения, была прочно вплетена в ткань теологической традиции, которая в свою очередь не ограничивалась только рамками официальной церковной доктрины. Церковь играет в этот период ту же роль, которую в античности выполняло государство, т.е. составляло высшую общественную связь, выступая стержнем средневековой культуры и мировоззрения. Государство же рассматривалось не как самостоятельный союз, а в его отношении к другому союзу, к церкви. Поэтому центральной проблемой для средневековой политической теории выступает вопрос: какая власть (организация) должна иметь приоритет – духовная или светская, соответственно церковь или государство; как и насколько должны быть разделены их компетенции. Идеологи церкви, обосновывая ее политические притязания, утверждали, что свою власть светские правители получили «через посредство церкви», авторитет которой происходит «непосредственно от Бога». Отсюда безусловная обязанность христианских государей подчиняться владычеству церкви в лице ее главы – папы римского как земного наместника Христа.
Основы христианской политической теории были заложены еще в период утверждения христианства в качестве официальной религии видным идеологом и деятелем христианской церкви Аврелием Августином (354-430), изложившим свою политическую философию в работах «О граде Божием», «О свободной воле» и других сочинениях.
Августин развивал христианскую, линейно-эсхатологическую по своей направленности, концепцию истории человечества, в рамках которой все социальные, государственные и правовые учреждения и установления – следствие греховной природы человека. Господство «человека над человеком», проявляющееся в отношениях управления, господства и рабства – это «естественный порядок человеческой жизни», возникший вследствие грехопадения. В результате грехопадения человеческая природа становится несовершенной и нуждается в контроле: власть необходима, чтобы обеспечить, насколько это возможно в этом мире, преобладание справедливости и порядок, способствуя тем самым достижению благой жизни в будущем.
Основываясь на этих утверждениях, Августин берет под свою защиту земные социально-политические порядки с той оговоркой, чтобы они не чинили препятствий христианской религии и церкви. В противном случае, политическая власть становится простым насилием, а само государство, будучи лишенным идеи правды и справедливости, уподобляется им шайке разбойников. Тем самым, спасая и поддерживая идею государства в новом христианском мире, Августин в то же время заложил основы учения о правомерности борьбы с государством неправедным.
В разработанной им концепции «двух градов» – «града земного» и «града божьего» - институты светской власти принадлежат первому, а церковные институты ко второму «граду» соответственно. Предложив всестороннюю аргументацию для обоснования превосходства божьего града над градом земным, автор сочинения «О граде божием» заложил тем самым основы теоретической традиции, в рамках которой мыслителями средневековья и Нового времени обосновывалось превосходство духовной власти над светской. Официальная же христианская церковь использовала впоследствии эти аргументы Августина Блаженного для защиты собственных властных притязаний и утверждения себя в качестве главного арбитра земных интересов.
Средневековый ученый-богослов, ученик Альберта Великого, Фома Аквинский (1225-1274), канонизированный церковью в 1323 г., разработал в своих сочинениях, прежде всего в сочинении «О правлении властителей», собственный вариант политической философии, в рамках которой предпринял попытку обновить церковную ортодоксию, переосмыслив место и задачи церкви и государства в мире. С этой целью в своих произведениях Аквинат попытался осуществить синтез аристотелевского учения о государстве с христианскими, церковными канонами.
Проблема происхождения и сущности государства решается мыслителем вполне в духе аристотелевской традиции: государство – порождение не греха, а скорее результат общественной природы человека, наделенного свыше свободной рациональной волей. Цель государства - «общее благо», служба обществу, состоящая в обеспечении условий для достойной, разумной жизни человека в этом мире и приближении его спасения.
Тем самым государство лишается в трактовке Аквината чисто негативных характеристик и приобретает форму органа положительного благосостояния. Функции государства не могут ограничиваться исключительно охраной формального порядка: государство призвано брать на себя заботу о социально-экономической сфере общественной жизни, т.е. контролировать торговлю, проводить разумную налоговую и финансовую политику, препятствовать получению чрезмерных доходов, в целом способствуя увеличению общего уровня благосостояния своего народа. Можно даже утверждать, что в политической теории Фомы были предложены первые элементы концепции «государства всеобщего благоденствия».
Фома Аквинский развил в своей политической философии оригинальную теорию закона. Определяя его как установление разума для общего блага, обнародованное тем, кто ответственен за благосостояние общества, т.е. правителем (или правителями), мыслитель тем самым предоставлял этому последнему широкий простор для реализации светских принципов. Аквинат выстраивает целую систему закона, в которой различные его виды связаны нитями субординации, а пирамиду их венчает вечный закон, заключенный в Боге и тождественный ему, от которого производны другие законы – естественный, человеческий (положительный), божественный (откровенный).
Мыслитель вводит различение трех элементов государственной власти: ее сущность; ее происхождение и ее использование. Если происхождение и использование власти могут быть и хороши, и дурны, поскольку являются делом рук человека, то сущность ее всегда хороша, ибо представляет собой установленный свыше порядок отношений господства-подчинения, при котором воля лиц, находящихся наверху человеческой иерархии, движет низшими слоями.
Если действия правителей отклоняются от этого порядка, если они противоречат воле Бога и интересам церкви, подданные вправе оказать им сопротивление: повиноваться властям следует настолько, насколько они от Бога. Кроме того, Аквинат оговаривает тот факт, что подчинение человека человеку имеет место только относительно телесных действий: во внутренних движениях души человек должен повиноваться не человеку, а единственно Богу. Тем самым мыслитель разрабатывает идею предела государственного вмешательства и отстаивает определенную автономию частной и духовной жизни человека, отвергая претензию законодателей контролировать и преобразовывать все исключительно при помощи законодательных предписаний.
Воспроизводя почти дословно аристотелевскую модель классификации форм правления, в качестве наилучшей и совершенной формы Фома Аквинский предлагает монархию, аргументируя свой выбор и фактами исторического опыта, и аналогиями с устройством всего мироздания и человеческого организма в частности, и наибольшей степенью воплощения в ней единства цели и воли по сравнению с другими формами, что способствует сохранению единства общества. Эти аргументы будут впоследствии использованы в Новое время теоретиками монархии.
В то же время главным итогом политического учения Аквината для своей эпохи явился вывод о необходимости подчинения светской власти владычеству церкви, основывающийся на теории конечной цели: власть светская должна быть дополнена надстраиваемой над ней властью духовной, ибо именно последней принадлежит забота о конечной цели – цели спасения.
Возрождение и Реформация стали самыми знаменательными событиями позднего западноевропейского Средневековья, выступив одновременно в качестве своеобразного моста, по которому совершался переход от эпохи средневековья к периоду Нового времени. XVI в., завершая собой средневековое развитие, с другой стороны, открывал перспективу Нового времени, утверждая принципиально новые стандарты человеческого бытия в индивидуальном и общественном плане. В области политической мысли гуманистический идеал самодовлеющей личности выражался в решительном разрыве со средневековой традицией, в поиске новых принципов обоснования государственной власти и деятельности правителей.
Одним из самых ярких политических мыслителей эпохи Возрождения был итальянец Никколо Макиавелли (1469-1527). Прошедший жесткую школу практической политики и дипломатии в своей родной Флоренции, он стал автором целого ряда трудов по проблемам власти и политики - «Рассуждения о первой декаде Тита Ливия» (1513-1516), «Государь» (1520-1525), «История Флоренции» (1525) и др., которые и по сей день вызывают множество споров и интерпретаций.
Как известно термин «макиавеллизм» приобрел нарицательный смысл и используется обычно для характеристики политики, основанной на культе грубой силы и пренебрежении нормами морали. Будучи объявленным сторонником чистой политики, Макиавелли рассматривается в литературе как мыслитель, отделивший политику от морали и религии, как защитник принципа «цель оправдывает средства», что является справедливым лишь отчасти. Чтобы избежать поверхностных суждений о характере его политических идей, необходимо принимать во внимание, что речь должна идти о совершенно новом, не средневековом понимании государства как типа политической организации, осуществляющей власть над людьми, как в некотором смысле автономной системы ценностей, имеющей собственные цели. Кроме того, важно понимать политико-исторический контекст интеллектуальной и практической деятельности Макиавелли. В его произведениях отражен характер политических процессов, протекавших в Италии в тот период: раздробленная, раздираемая борьбой бесчисленных политических группировок, Италия превратилась в арену противостояния между Францией и Испанией за европейскую гегемонию.
«Государь» Макиавелли родился от двойного отчаяния: перед упадком Флоренции и Италии и перед лицом собственной судьбы, тесно связанной с судьбой его родины. По мнению мыслителя, если можно было выйти из этого двойного кризиса, то только путем объединения Италии с помощью радикальных средств, к числу которых относился и сильный политический лидер типа Чезаре Борджа ( в известном смысле прототип макиавеллиевского государя). Высшая политическая цель для Макиавелли – самосохранение государства всеми доступными средствами и любой ценой.
В отличие от Аристотеля, описывавшего политическую жизнь с точки зрения цели, каковой является благо, итальянский мыслитель обращается к истокам, началам политики, часто насильственным и несправедливым. Логическую и психологическую предпосылку его теории власти составляет пессимизм по отношению к людям: люди в целом неблагодарны, лживы, лицемерны, малодушны, алчны и дурны. Поэтому тот, кто хочет добиться успеха в политике, не может руководствоваться в своих поступках только законами нравственности; часто он просто вынужден поступать дурно. Государь должен обладать силой духа и творить добро, насколько это возможно, и зло – насколько это необходимо. В основе политического поведения лежит выгода и сила: необходимо уподобиться лисице, чтобы обходить капканы, и льву – чтобы отпугивать волков. Смелость, гибкость и самоуверенность – вот составляющие политического успеха.
Но вместе с тем власть не является для Макиавелли самоцелью: это необходимое средство для достижения общего благо, т.е. стабильности и единства государства. Не благо отдельных людей, а общественное благо делает государство великим, будь то республика или монархия. С одной стороны, критикуя политику, построенную на личных и групповых интересах, и, с другой, восхваляя политику, нацеленную на общее благо, мыслитель не противоречит себе ни в одном из своих произведений – ни в «Государе», ни в «Рассуждениях…», о чем бы речь не шла – о монархии или республике. Если в спокойные времена стабильность и единство государства достигаются постепенно при участии всего гражданского коллектива ( например, в республиканском Риме), то в кризисные периоды, а также при создании и реформировании государства необходимо единовластие, хотя и здесь, согласно итальянскому мыслителю, государь – не деспот, а диктатор, действующий во имя общественного блага.
В данном случае, Макиавелли, продемонстрировавший в целом реалистичный подход к политике, не пожелал признавать развращающую природу диктаторской власти (например, он не рассматривает процедуру сложения диктаторских полномочий после преодоления кризиса), а также не учел того факта, что анархия и политическая нестабильность могут возникнуть и как следствие диктатуры, а не только предшествовать ее введению. Политические идеи Н. Макиавелли, будучи по своему духовному содержанию весьма противоречивыми и дискуссионными, тем не менее, положили начало европейской политической традиции Нового времени, во многом определив ее дальнейшую проблематику.
Значительным вкладом в становление этой традиции явилось и учение другого выдающегося политического мыслителя Возрождения – французского юриста, публициста и политического деятеля Жана Бодена (1530-1596). В своем главном произведении «Шесть книг о государстве» (1577) он первым в истории политической мысли дал толкование суверенитета как важнейшего признака государства.
Отвергая аристотелевскую концепцию возникновения государства путем постепенного объединения нескольких семей в селение, а селений в полис, Боден утверждает, что государство произошло из насилия: сильнейшие победив слабейших, стали господами. Сходство между семьей и государством состоит лишь в обладании авторитетом: если в семье – это власть отца семейства, возникшая изначально из почитания старших, то в государстве авторитет, основанный не на инстинкте, а на силе, называется суверенитетом.
Суверенитет – это высшая власть над обществом, не ограниченная законом. Суверенитет вечен и неделим, а его существенными признаками является власть издавать и изменять законы без чьего-либо согласия; а также право суда в последней инстанции; право войны и мира; право чеканки монеты и др. Будучи постоянным атрибутом власти, суверенитет принадлежит правящей в данный момент королевской семье и должен передаваться по праву наследования. Поэтому узурпатор или бунтарь не могут стать легитимными суверенами и требовать подчинения у сообщества. Таким образом, ратуя за твердый порядок престолонаследия, французский политический мыслитель разрабатывал теорию законного лидерства, опирающегося на традицию.
Юрист по образованию, а во многом и по складу ума, Боден развивал свои политические идеи в связи с анализом природы и содержания закона, примыкая к теоретикам естественного права. Человеческий закон основывается на универсальных принципах – принципах справедливости, которые вместе с тем не могут применяться непосредственно. Законы, как и политические учреждения должны сообразовываться с различием народов, разнообразием природы, нравов и общественного быта людей. Тем самым Ж. Боден явился предшественником не только Монтескье и Берка, но и исторической школы права.


3. Политические концепции Нового времени.
Дав политической теории новые понятия и поставив перед ней ряд фундаментальных проблем, Возрождение тем не менее не создало систематического знания об обществе и законах его управления: политическому знанию необходим был новый тип рациональности для перехода от интуиции к научным понятиям и системному анализу. Поэтому политические мыслители, начиная с XVII в. и далее, были озабочены не столько практической эффективностью своих теоретических конструкций, сколько прояснением их концептуального инструментария и достижением идейной четкости.
В этот период происходит становление новой идеи естественного права, которая в ходе своей эволюции преодолевает одновременно как концепцию божественного права (норма Средневековья), так и античные концепции естественного права. Правовые нормы получают статус «естественных», т.е. мыслятся как самоочевидные, вечные, непреложные для разума еще до всякой кодификации, поскольку соответствуют «природе вещей» или природе человека как рационального существа, цель которого – жить в соответствии со своей природой. Параллельно возвышению права продолжается десакрализация государства: чем более непреложными и даже священными признаются гражданские свободы, тем меньшим доверием пользуется идея божественного происхождения государственной власти. Представители договорных теорий выводят необходимость существования государства и законов из разума и опыта, а не теологических оснований.
Английский мыслитель, современник английской революции XVII в., во время которой он был вынужден эмигрировать, Томас Гоббс (1588-1679) начинает свои рассуждения о государстве в трактате «Левиафан» с исследования человеческой природы. Человек - существо разумное, но эгоистичное, наделенное сильными «естественными» страстями (властолюбие, корыстолюбие, чувственные желания), что влечет его к соперничеству, а как следствие к раздорам, вражде, мести: это – «война всех против всех».Данная хаотичная модель естественного состояния человеческого рода является гипотетической конструкцией, служащей Гоббсу для обоснования необходимости политической власти и государства, а ее политико-эмпирическим прототипом стал для него опыт первой английской революции, потрясшей политическую систему в этой стране и завершившейся реставрацией старой династии после недолговременной диктатуры Кромвеля.
Разум и инстинкт самосохранения заставляют людей искать выход из состояния «войны всех против всех»: для обеспечения мира и безопасности необходимо создание Левиафана, или единой власти, всегда превышающей власть индивидов. Безопасность может быть гарантирована в том случае, если люди откажутся от ряда эгоистических склонностей и прав, обменяв их на позитивный закон и порядок в государстве. Государство возникает и основывается на договоре как своего рода консенсусе подвластных, признающих политическую власть, для того, чтобы покончить с хаосом естественного догосударственного состояния. Путем взаимной договоренности между собой индивиды доверяют одному правителю ( или их корпорации) верховную власть над собой, с тем, чтобы он мог использовать силу и средства всех людей так, как сочтет необходимым для их мира и защиты. Принцип полного и всеобщего повиновения выступает как цель этого договора, обеспечивающего безопасность.
Таким образом, можно отметить двойственный характер политического творчества английского мыслителя. С одной стороны, Гоббс своей концепцией договорного происхождения снимает с государства ореол божественности и выводит его законы из разума и опыта, с другой стороны, выступает в качестве теоретика политического абсолютизма, ратовавшего за неограниченную государственную власть: абсолютное государство, неподвластное политико-правовому ограничению, необходимо, с его точки зрения, как гарантия от недостатков человеческой природы. Кроме того, начиная с Т. Гоббса, в западноевропейской политической теории утверждается образ государства как сложного политического макроорганизма, для понимания которого необходим системный подход к политической жизни.
Младший современник Гоббса – Джон Локк (1632-1704) в своих политических трудах – «Два трактата о правлении» (1690) и «Письма о терпимости» (1685) – подвел итог «Славной революции» 1688г., закрепившей путь эволюционного развития британской политической системы. Локк считается теоретиком парламентской демократии, разработавшим принципы конституционного ограничения абсолютной власти.
Дж. Локк, как и Т. Гоббс, использует фикцию природного (естественного) состояния, хотя и в диаметрально противоположном смысле: это дополитическое, а не досоциальное состояние, в котором люди жили в мире, будучи добрыми и разумными существами. «Естественное общежитие» основано на принципах равенства и обладания естественными правами, к числу которых относится право на жизнь, на невмешательство в жизнь окружающих, свобода ( человек свободен от какой бы то ни было стоящей выше его власти на земле, руководствуясь только законом природы, т.е. разумом), а также право собственности, мерой которой является труд человека.
Государство и власть возникают как логическое развитие природного состояния, устраняющее его недостатки при помощи беспристрастного суда, правительственного авторитета и справедливых законов. Люди добровольно соглашаются образовать политическое сообщество и учреждают государство в целях обеспечения естественных прав и справедливого правосудия: они отказываются от своей свободы лишь настолько, насколько это нужно для достижения цели охранения свободы и собственности. Поэтому власть получает столько прав, сколько требуется для общего блага, т.е. для охранения личности и имущества граждан. При нарушении этих условий договора со стороны государства члены гражданского общества вправе его расторгнуть и установить новую законодательную и исполнительную власть.
Личные симпатии Локка по вопросу о предпочтительной форме государства принадлежали конституционной монархии, реальным прообразом которой являлась английское государственное устройство, сложившееся после 1688 г. Он считал наиболее безопасной для свободы индивида представительную демократию, т.е. правление при помощи законодательной деятельности народных избранников, на выборах периодически отчитывающихся перед избирателями.
Локку принадлежит заслуга разработки теории разделения властей, в рамках которой приоритет отдается законодательной власти, представляющей большинство, тем самым утверждается верховенство парламента. Исполнительная власть должна только реализовывать законы, принятые парламентом, не навязывая собственных правил, независимых от его воли. Судебная власть растворялась в исполнительной: Локк в своем труде даже не затрагивает проблему независимости судебной власти, предполагая, вероятно, что традиционная независимость английских судов гарантируется укреплением принципа парламентского суверенитета.
В отличие от политической мысли Гоббса, которой были свойственны явно этатистские тенденции, Локк, поставив в центр своей политико-философской концепции личность, ее права и свободы, отдает ей приоритет перед государством и обществом: государство не может быть могущественнее личности, ибо личности образуют общество, а государство, в свою очередь, является функцией общества.
Наиболее непримиримыми оппонентами руссоистских политико-философских построений выступили представители консервативного направления европейской политической мысли, сформировавшегося к началу XIX в. как реакция на философские идеи эпохи Просвещения и опыт Великой Французской революции. Публикация в 1790 г. памфлета «Размышления о революции во Франции», принадлежащего перу английского политического философа Эдмунда Берка (1729-1797), по праву считается актом рождения современного, в широком смысле слова, консерватизма. Посвятив свой памфлет критике идеологии и практики революционных событий во Франции, которые означали для него разрыв с прошлым, Берк создает на этой почве развернутую политико-философскую систему, направленную прежде всего против абстрактного рационализма в политике, перед лицом которого он защищает общество, его институты и традиции.
Общество – не механизм, в который можно вмешиваться без последствий, а целостная органическая система – совокупность институтов, норм, моральных убеждений, традиций, обычаев, которые уходят корнями в историю и которые невозможно обосновать чисто рациональными доводами. Ибо рациональные политические принципы, являющиеся абстракциями, в крайнем случае, лишь урезанным вариантом исторического опыта, способны привести на практике к непредсказуемым последствиям – гибели государства и общественному хаосу, если не будут адаптированы к историческим обычаям и национальным традициям, к утвердившимся в результате долгой эволюции общественно-политическим институтам.
Отстаивая святость традиции для политического опыта, Берк вовсе не отвергает ценности человеческого разума, но призывает его действовать не против так называемых предрассудков, а в одном с ними направлении, чтобы достичь в сфере политики успеха: общественные связи держатся прежде всего инстинктами и предрассудками, аккумулирующими вековую мудрость и сохраняющих преемственность поколений.
Общество, обладающее иерархической структурой, отдельные части которого обеспечивают жизнеспособность и целостность общественного организма, может постепенно расти, изменяться и умеренно реформироваться, сохраняя в то же время свой общий характер. Стандартом для политика должна стать предрасположенность к сохранению и способность к улучшению вместе взятые: необходимо соблюдать крайнюю осторожность, основывая свою реформаторскую деятельность на внимательном изучении прошлого.
Большинство этих аргументов составили основу консервативной политической философии, повторяясь с определенными дополнениями и изменениями во Франции – Луи де Бональдом, Ж. де Местром, Р. де Шатобрианом; в Германии – представителями исторической школы права, Г.-В.-Ф. Гегелем. А на наследие Берка претендовали и продолжают претендовать в современных условиях наряду с консерваторами и либералы: оно является, например, одним из краеугольных камней в фундаменте англо-саксонской политической традиции в целом.
Либеральная политическая теория в качестве своей основной цели выдвигает обоснование свободы индивида. «Я защищал один и тот же принцип – свободу во всем: в религии, философии, литературе, в промышленности, в политике, разумея под свободой торжество личности над властью, желающей управлять посредством насилия, и над массами, предъявляющими со стороны большинства право подчинения себе меньшинства», - утверждал один из идеологов либерализма во Франции Бенжамен Констан (1776-1830), которого считают даже духовным отцом европейского либерализма.
Предприняв попытку выявить фундаментальное различие между свободой в современном и античном мире, Констан выделил два типа свободы – свобода гражданская ( т.е. известная независимость частной жизни индивида от политической власти : неприкосновенность личности и частной собственности, свобода совести, слова, печати, занятий и др.) и свобода политическая ( т.е. право участия в осуществлении политической власти). Если древние знали только политическую свободу, то ядро свободы у современных народов составляют личные права, а политическая свобода – средство для обеспечения гражданской свободы, которая является границей государственной власти в обществе. Отдавая приоритет личности и свободе, французский либеральный мыслитель критикует с этих позиций теорию народного суверенитета Руссо.
Другой либеральный автор – английский философ и общественный деятель Джон Стюарт Милль (1806-1873) в своей книге «О свободе» (1859) выделил новые аспекты общественной и гражданской свободы, поставив вопрос «о пределах власти, законно осуществляемой обществом над индивидом». Он выступил с критикой форм представительной власти, принимающих решения без обсуждения их с обществом, к которому, с его точки зрения, должна перейти власть, порожденная свободно выраженным согласием. В интересах свободы правительство должно иметь два основных ограничения своей власти: законы и общественное мнение.
Но, вместе с тем, Милль проницательно замечает, что одного появления человека, руководствующегося своими собственными критериями поведения в сфере духовных и материальных интересов, еще недостаточно, чтобы сделать свободу основой общества: необходимо второе условие – дух терпимости, который первоначально закрепился в религиозной сфере, а затем уже начал завоевывать позиции в политике. Кроме того, Милль сделал акцент на ответственность человека за свои действия, утверждая, что свободная личность одновременно и законнопослушная личность. В общественной жизни люди должны учится принимать во внимание взаимные интересы, дисциплинируя свой природный эгоизм.
Сторонники коммунистического направления ( Э. Кабе, Л. Блан, В. Вейтлинг, О. Бланки, Т. Дезами) являлись ближайшими последователями великих утопистов. Вместе с тем уже в этот момент возникают разногласия между социализмом и коммунизмом: представители этого последнего направления сделали акцент на принципе радикального эгалитаризма, создавая проекты идеальной республики, в которых равенство доведено до абсолюта.

4. Возникновение и ранние этапы развития политологии.
Если история политических идей берет свое начало в древности и имеет многовековую историю, то собственно политическая наука как самостоятельная отрасль знания насчитывает не многим более ста лет. Основные предпосылки для формирования научной дисциплины, призванной профессионально исследовать мир политического, возникают только во второй половине XIX в., когда окончательно определилось вычленение сферы политического как самостоятельной подсистемы человеческого социума. Ее рождение было обусловлено рядом обстоятельств: во-первых, возникновением практической потребности в интенсивном изучении политики; а, во-вторых, коренными переменами в характере обществознания, происшедшими после появления научной социологии, сознательно дистанцировавшейся от ценностно-нормативного подхода в исследовании общества.
К середине XIX в. в политическом развитии большинства промышленно развитых стран Западной Европы и Северной Америки произошли серьезные сдвиги. Там сформировались политические системы современного типа, включавшие наряду с государством политические партии, разнообразные группы интересов и другие новые для того времени институты. Одновременно в этих странах окончательно утвердилась парламентская демократия, а избирательный процесс приобретает регулярный и систематический характер. В сфере идеологии появляются и активно приобретают сторонников альтернативные концепции общественного развития (марксизм, анархизм, социал-демократия и др.).
Таким образом, сфера публичной политики радикально меняется, а у ее субъектов формируются запросы на такие политические знания, которые традиционным для философии или юридических наук путем получить было невозможно. В результате возникает общественная и академическая потребность в появлении систематических научных исследований, позволяющих рационально организовать политическую сферу и эффективно управлять государством, а также в создании специализированных центров, которые бы готовили кадры для обслуживания политического процесса, для работы в государственных и партийных структурах.
С другой стороны, качественный скачок в оформлении политической науки как самостоятельной отрасли знания был обусловлен процессом дифференциации гуманитарных наук, происходившем в общем контексте развития науки Нового времени. В рамках социальных и гуманитарных наук (термин XIX в.) и сформировалась политическая наука. Ее возникновение было уже подготовлено развитием истории, юриспруденции, политэкономии, психологии, социологии, между которыми во второй половине XIX в. разворачивалось своеобразное соперничество в связи с распределением мест в статусной иерархии наук.
Самым тесным образом становление политической науки на Западе было связано с развитием социологии – науки, изучающей законы существования и развития общества вне каких-либо этически окрашенных оценочных суждений (хорошо или плохо то или иное явление). Создатели позитивистской социологии ( О. Конт, Г. Спенсер) ставили перед собой задачу приблизить общественные науки по уровню достоверности полученных знаний к наукам естественным: отсюда требование широкого использования эмпирических исследований, точного фиксирования фактов и проведения систематических наблюдений. Социология дала исследованиям в области политики новую для них методологию и обогатила категориальный аппарат формирующейся политической науки. Кроме того, в конце XIX - начале ХХ вв. были заложены основы современной политической социологии: крупнейшие социологи рубежа веков были одновременно политическими социологами или «социологически мыслящими политологами» (С. Липсет). В этой связи необходимо подчеркнуть, что, хотя в этот период государственные и политические институты изучались преимущественно философами и социологами (О. Конт, Г. Спенсер, Э. Дюркгейм, Л. Уорд и др.), многие выдающиеся социологи европейских стран (В.Парето, Г. Моска, Р. Михельс, М. Вебер и др.) выступали одновременно и в качестве основоположников политической науки.
Так немецкий социолог М. Вебер (1864-1920), создатель «понимающей социологии», внес большой вклад в разработку проблем власти, господства, политического лидерства. Он является создателем ставшими уже классическими теории легитимности политической власти, концепции рациональной бюрократии и плебисцитарно-вождистской демократии. Два итальянских ученых – Вильфредо Парето (1848-1923) и Гаэтано Моска (1858-1941) стали создателями теории элит, в которых исследуются природа, каналы и способы циркуляции элит, разрабатывается их типологизация. Некоторые авторы даже связывают появление современной политологии как самостоятельной науки с выходом в свет в 1896 г. первого тома двухтомного труда Г. Моски под названием «Элементы политической науки». В работе «Социология политической партии в условиях демократии» немецкий ученый Роберт Михельс (1876-1936), проанализировав историю и деятельность социал-демократической партии Германии, сформулировал свой знаменитый «железный закон олигархии», согласно которому в условиях демократии создание крупных организаций неизбежно ведет к олигархизации и формированию элиты. Хотя идея о неизбежной бюрократизации руководства политической партии была высказана ранее русским ученым М.Я. Острогорским, который опубликовал в 1898 г. фундаментальный двухтомный труд (на французском языке) «Демократия и политические партии», изданный на родине автора только в конце 20-х гг. ХХ в.
В целом рождение политической науки можно лишь условно привязать к конкретной дате в конкретной стране. Как показывает анализ истории политической науки, процесс институционализации политологии в развитых странах имел свои временные и содержательные особенности. Он занял довольно продолжительное время (несколько десятилетий кон.XIX-нач.ХX вв.) и проходил параллельно, но вовсе не синхронно в США и странах Западной Европы (Великобритании, Франции, Германии).
В 1857 г. профессор Ф. Либер, создав и возглавив в Колумбийском колледже (США) кафедру истории и политической науки, начал читать лекции по политической философии, в которых центральными были вопросы теории государства и политической этики. Но рождение в США политической науки как новой специальной академической дисциплины многие исследователи связывают с 1880 г., когда Совет правления Колумбийского колледжа (позже переименованного в Колумбийский университет) по инициативе Джона Барджесса уполномочил его создать Высшую школу политической науки с системой подготовки научных кадров, включая написание и защиту диссертаций. Таким образом, американская политическая наука оформилась и закрепилась первоначально на университетском уровне: примеру Колумбийского университета последовали многие крупнейшие университеты США – Йельский, Корнеллский, Гарвардский, Принстонский университеты, университет Джона Гопкинса и др., при которых также были созданы школы или отделения политической науки. В 1903 г. в США была создана первая в мире национальная политологическая ассоциация и здесь же появились первые специализированные периодические издания: «Ежеквартальник политической науки» ( с 1896 г.), «Анналы американской академии политических и социальных наук» (с 1903), «Обозрение американской политической науки» (с 1906 г.).
Если в последние десятилетия XIX в. формирующаяся американская политическая наука еще явно тяготела к истории и юриспруденции, прибегая преимущественно к сравнительно-историческому и правовому анализу политических институтов, то с начала ХХ в. под влиянием интересов практической политики, развития философии прагматизма и осмысления европейского влияния американские ученые (В.Вильсон, А. Бентли, Ч. Бирд, Ч. Мэрриам и др.) начинают склоняются к узкопрактическому подходу к конкретным политическим проблемам. Поскольку в условиях бесконечных избирательных кампаний существовал большой спрос на их научное обеспечение, большое место в деятельности американских политологов начинают занимать прикладные, эмпирические исследования. Изучение политики происходит не только на местном, но и на федеральном уровне: изучается поведение индивидов в процессе голосования, их отношение к реформам и политическим лидерам, возрастает интерес к социально-психологическим проблемам власти.
Ведущую роль в американской политической науке (периода между двумя мировыми войнами) играли ученые Чикагской школы – Ч. Мерриам, Г. Лассуэлл, Г. Госнелл. По мнению одного из самых известных современных американских политологов Г. Алмонда, заслуга представителей Чикагской школы состояла в том, что они на примере конкретных эмпирических исследований обосновали вывод о необходимости использования в политологии междисциплинарного подхода, количественных методов исследования, повышения организационного уровня научной работы. Можно утверждать, что основатель этой школы – Ч. Мерриам заложил основы политической психологии, исследования в области которой продолжил его ученик – Г. Лассуэлл, соединивший поведенческий подход с европейской традицией психоанализа. Кроме того, именно Мерриама, который в своем эссе «Современное состояние исследования политики» (1921) в качестве важнейшего объекта изучения для политической науки назвал политическое поведение, считают сегодня «отцом бихевиоризма» – направления и методологии исследования, получившей приоритетное значение в мировой политической науке после второй мировой войны.
В этот же период (кон.XIX – нач.ХХ вв.) параллельно происходило формирование европейской политической науки, которое во многом определялось национально-культурными и идейно-политическими особенностями конкретных стран.
В конце XIX в. при Лондонском университете была создана Школа экономики и политических наук, деятельность которой связана с именами У. Бевериджа, Дж. Гобсона, Л. Хобхауза, Дж. Мида, С.-Дж. Уэбба и др. До второй мировой войны в Лондонской школе, а затем в Оксфорде, Кембридже и других британских университетах изучаются политические феномены и ведется преподавание дисциплины о политических явлениях и процессах. В центре внимания английской политической науки в довоенный период находились следующие проблемы: государственное управление и административное право, политическая философия и теория, международные отношения и колониальная политика.
Французская политическая наука начинает отсчет своего существования с 1871 г. – года основания Э. Бутли Свободной школы политических наук, которая оставалась до второй мировой войны центром изучения политических дисциплин. Особенностью процесса формирования политической науки во Франции является тот факт, что она возникла на стыке государствоведения, социологии и политической истории, постепенно на протяжении десятилетий обретая свою дисциплинарную автономность. К числу авторов, способствовавших этому процессу следует отнести А. Зигфрида, М. Шевалье, М. Прело, А. Сулье, Л. Дюги, М. Ориу и др.
В Германии еще в годы первой мировой войны в Берлине была создана Высшая политическая школа, из которой впоследствии возникла целая сеть политологических центров (например, Академия политического образования ФРГ). Развитие германской политической науки происходило в русле классической немецкой философской традиции и традиции «правовой школы». Она развивалась и функционировала в русле традиций органического сочетания теоретических, философских, ценностных начал, с одной стороны, и эмпирико-фактографических начал, с другой стороны. Политическая наука Германии имеет определенные заслуги в развитии мировой политологии: например, американский политический социолог А. Бентли, создатель теории групп в политике, обучался, как и многие другие американские ученые до первой мировой войны, в Германии.
Таким образом, в начале ХХ в. процесс выделения политической науки в качестве самостоятельной науки и академической дисциплины в основном был завершен: в течение нескольких десятилетий национальные политологические школы возникли в большинстве стран с сильными академическими традициями. Однако повсеместная, официальная институционализация политической науки произошла уже после второй мировой войны, когда в 1949 г. под эгидой ЮНЕСКО создается Международная ассоциация политических наук, объединившая в своих рядах большинство национальных ассоциаций.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ
1. Феномен античного полиса и его роль в формировании древнегреческой политической теории.
2. Что нового внесли греческие софисты в политическую теорию?
3. Проанализируйте платоновскую концепцию идеального государства.
4. Охарактеризуйте основные идеи книги Аристотеля «Политика» в контексте предшествующей философской традиции.
5. Раскройте содержание политической философии Цицерона.
6. Церковь и государство в трактате Августина Блаженного «О граде Божием».
7. Выделите основные черты средневекового политического менталитета.
8. Природа человека, политика и мораль в политической теории Н. Макиавелли.
9. Проанализируйте содержание концепции «общественного договора» и «естественного права» в политических учениях Нового времени ( Т.Гоббс, Дж. Локк, Ж.-Ж. Руссо).
10. Дайте характеристику учения Ш.-Л. Монтескье о разделении властей.
11. Каковы основные идеи европейской консервативной политической философии?
12. Раскройте значение сочинения А. де Токвиля «Демократия в Америке» для развития либеральной мысли.
13. Какое влияние оказал марксизм на традиции европейской политической мысли?
14. Назовите основные предпосылки, способствовавшие на рубеже XIX-ХХ вв. выделению в системе гуманитарного знания политологии как самостоятельной научной дисциплины.
15. Охарактеризуйте роль социологии в становлении политической науки на Западе.
16. Выделите особенности процесса институционализации политической науки в США.


ЛИТЕРАТУРА
1. Антология мировой политической мысли: В 5-ти т. М., 1997. Т.1.
2. Аристотель. Политика. Афинская полития. М.,1997.
3. Берк Э. Размышления о революции во Франции. М., 1993.
4. Гоббс Т. Левиафан // Избр. произведения: В 2 т. М., 1989-1991. Т. 2.
5. Локк Дж. Два трактата о правлении // Избр. произведения: В 3 т. М.,1985-1988. Т.3.
6. Макиавелли Н. Избранные сочинения. М.,1982.
7. Монтескье Ш.-Л. Избранные произведения. М., 1955.
8. Платон. Государство. // Собр. соч.: В 4 т. М., 1994. Т. 3.
9. Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М., 1969.
10. Токвиль А. де. Демократия в Америке. М., 1992.
11. Цицерон. Диалоги. М., 1994.
12. История политических и правовых учений: Хрестоматия. М., 1996.
13. История политических и правовых учений / Под ред. О.Э. Лейста. М., 1997.
14. Семеренко Л.М. Современная западная политическая наука: формирование, эволюция, институционализация. Ростов -на- Дону, 1998.
Чанышев А.А. История политических учений. Классическая западная традиция (античность- первая четверть XIX в.). М., 2001.